Финансовый рынок России продолжает преподносить сюрпризы, и один из последних касается, казалось бы, самого рискованного и маржинального розничного продукта — кредитных карт. По итогам второго квартала 2026 года доля просроченной задолженности по кредиткам (сроком 30–90 дней) в общем портфеле упала до 1,6%. Это минимальное значение с конца 2023 года, и оно резко контрастирует с показателями начала 2025 года, когда просрочка составляла 2,8%. Ещё более впечатляюще выглядит снижение в абсолютных цифрах: объём просроченных долгов сократился на 32% за квартал, до 58,12 миллиарда рублей — минимум за последние два года.

На первый взгляд, такая динамика выглядит парадоксально. Обычно в периоды экономической нестабильности и высоких ставок уровень дефолтов по необеспеченным потребительским кредитам растёт. Однако здесь сработал классический эффект регуляторного «закручивания гаек», которое Центральный банк проводил на протяжении последних полутора лет. Главная причина оздоровления портфеля — макропруденциальные лимиты (МПЛ), жёстко ограничивающие банки в выдаче карт клиентам с высокой долговой нагрузкой. Для заёмщиков с показателем долговой нагрузки (ПДН) 50–80% установлены строгие квоты на объём выдач, а для категории с ПДН более 80% лимит и вовсе обнулён. Эти меры фактически отсекли от рынка самых рискованных заёмщиков, которые раньше «латали дыры» кредитками, наращивая пузырь.

Однако у этого явления есть и обратная сторона. Весь сегмент кредитных карт в России сейчас находится в состоянии стагнации. Совокупный портфель за квартал почти не вырос, остановившись на отметке 3,67 триллиона рублей (прирост всего 0,5%). Количество активных пользователей (тех, у кого открыт договор с ненулевым балансом) сократилось на 0,3% и составило 30,16 миллиона человек. Генеральный директор Объединённого кредитного бюро (ОКБ) Михаил Алексин прямо заявляет: рынок достиг насыщения. Тридцать миллионов человек — это практически предел потенциальной аудитории в стране, учитывая экономически активное население и уровень проникновения банковских услуг.

При этом структура портфеля остаётся достаточно сложной. Почти у четверти держателей кредиток (23%) есть ещё один розничный кредит, у 17% — два, у 11% — три, а у 18% — четыре и более. Среднее количество розничных кредитов всех типов на одного заёмщика с активной кредиткой стабильно держится на уровне 2,7. Совокупная задолженность таких клиентов за квартал выросла на 1%, за год — на 5%, достигнув 906 тысяч рублей. Это свидетельствует о том, что текущие держатели карт не столько тратят новые деньги, сколько перераспределяют существующие долговые обязательства, оставаясь в рамках жёстких финансовых ограничений.

Эксперты выделяют комплекс причин, вызывающих застой в карточном сегменте. Старший аналитик рейтингового агентства НКР Софья Остапенко обращает внимание на макроэкономический фон. Высокие процентные ставки делают кредитные карты дорогим продуктом, и многие потребители начинают переориентироваться на альтернативные инструменты. В частности, наблюдается заметный переток интереса в сторону программ рассрочки, целевых потребительских кредитов (где ставки могут быть фиксированными и более прозрачными) и дебетовых карт с кешбэком, которые не несут кредитного риска, но дают сопоставимые бонусы. Банки, в свою очередь, ужесточают внутреннюю кредитную политику, стремясь повысить качество портфеля, что дополнительно сужает воронку одобрений для новых заявок.

Но, возможно, самым интересным аспектом происходящего является поведенческая адаптация самих банков. Как отмечает руководитель направления экспертной аналитики финансового маркетплейса «Банки.ру» Инна Солдатенкова, снижение просрочки во втором квартале — это прямой отложенный эффект многолетнего ужесточения регулирования. Те заёмщики, которые входили в рискованные группы, к этому периоду либо полностью рассчитались с долгами, используя рефинансирование или личные сбережения, либо допустили дефолт, после чего их задолженность была списана или переуступлена коллекторам. Одновременно с этим банки начали кампанию по «зачистке» портфеля: они обнуляют лимиты по давно неиспользуемым картам и блокируют операции по подозрительным счетам. Это уменьшает общий потенциальный объём долга в расчёте на одного заёмщика и улучшает статистику.

Важно отметить, что стагнация выдач и сокращение одобряемых кредитных лимитов — это не временная флуктуация, а структурный сдвиг. Рынок кредитных карт вступает в новую фазу своего развития, где основная конкуренция будет идти не за количество новых клиентов (их брать уже практически негде), а за качество обслуживания и удержание уже имеющихся. Банки будут вынуждены предлагать более сложные продуктовые решения: комбинированные карты с элементами инвестиционных счетов, гибкие условия погашения и персонализированные ставки, основанные на скоринговых моделях поведения.

В долгосрочной перспективе текущая ситуация оценивается аналитиками как позитивная для финансовой стабильности. Снижение просроченной задолженности до минимальных уровней укрепляет балансы кредитных организаций и снижает нагрузку на резервы. Однако ценой этого стало исключение из финансовой системы значительной части населения, которая теперь либо вообще не имеет доступа к банковскому кредитованию, либо вынуждена пользоваться более дорогими микрофинансовыми продуктами. Таким образом, текущий минимум просрочки — это скорее победа регулирования, чем индикатор всеобщего финансового благополучия. И пока ставки остаются высокими, а МПЛ — жёсткими, мы вряд ли увидим резкий разворот тренда в сторону роста портфеля. Рынок будет оставаться в состоянии «спящего режима», постепенно адаптируясь к новым реалиям закредитованного, но осторожного потребителя.